Творчество С. Малларме

Родился 18 марта в Париже в семье Нумы Малларме, служащего Управления по делам собственности. В пятилетнем возрасте потерял мать; воспитывался ее родителями. С учился в религиозном пансионе в Отейе, с — в лицее Санса; пребывание там оказалось для него мучительным. Еще в большей степени стал ощущать одиночество после смерти своей тринадцатилетней сестры Марии в В получил диплом бакалавра. Вопреки желанию отца, отказался от карьеры чиновника: В провел несколько месяцев в Лондоне, где усовершенствовал свое знание английского.

Стефан Малларме

Густыми складками лежит на пыльном кресле, боюсь, что главная колонна рухнет, если Не будет памятью иной подкреплена. Магических страниц седые письмена, Они в безумии оваций не воскресли, Знакомых крыльев дрожь, пленявшая не здесь ли! Из подлинных глубин ликующего гула Лавина поднялась и паперть захлестнула, Где, ненавидимый, в огне фанфар возник Не Рихард Вагнер, нет!

Посвящение Чуть заря на склоне горном Оркестровою грозой Вслед за звучным этим горном На пути возникнет торном.

Книга Стихотворения/ Poesies (билингва). Автор Стефан Малларме. Stephane Mallarme. Издательство Текст. Беларусь. Минск .

Малларме В получил диплом бакалавра. Вопреки желанию отца, отказался от карьеры чиновника: В провел несколько месяцев в Лондоне, где усовершенствовал свое знание английского. В , вернувшись во Францию, начал преподавать английский язык в лицее Турнона. С этого времени его жизнь поделилась на две части: Его первые юношеские стихи, написанные между и , несут явную печать влияния Шарля Бодлера и Эдгара По.

Увлекся поэзией Теофиля Готье, основателя Парнасской школы См. Готье в , ознаменовал его переход к новой поэтике. По с иллюстрациями Э. В издательство А. Лемерра отказалось опубликовать Послеполуденный отдых фавна; он увидел свет только в

Стефан Малларме Стихотворения

Запрашиваемая вами страница не найдена. Не указан шаблон .

Стих на французском языке - Angoisse - Страх. (автор Stephane Mallarme). Edition de На французском. На русском. Je ne viens pas ce soir vaincre.

Железным обручем сдавило мне виски, Как будто скобами прижата крышка гроба, Один брожу в полях и разбирает злоба: Так разгулялся день, что не унять тоски. На землю упаду, здесь аромат разлили Деревья, здесь мечту похоронить я рад, Изрыв зубами дерн под стебельками лилий, А скука ширится от солнечных оград, Где наглая лазурь качается со смехом, И пестрый гомон птиц ей отвечает эхом. Не ради твоего податливого тела Я здесь, мой поцелуй не всколыхнет, пойми, Неправедных волос, ах как бы ты хотела Отречься от грехов, завещанных людьми.

В угарном забытьи мы головы уроним, От совестливых снов отгородив сердца. Так долго ты лгала, что о потустороннем Узнала более любого мертвеца. Порок бесплодием отметил нас обоих, Но черствым камнем он заполнил пустоту Твоей груди, а мне, а мне невмоготу Предсмертный слышать хрип в сердечных перебоях. Я, как от савана, спасаюсь от гардин, Я умереть могу, когда усну один.

Для мудрых смерть проста, я выберу несложный Задумчивый пейзаж, рассеянной рукой Рисую облака над спящею рекой:

Стихотворения

Родился в семье служащего. В пятилетнем возрасте потерял мать. В возрасте 10 лет его отдали в пансион, а затем в лицей города Санса, где он и начал писать стихи. Впоследствии получил диплом преподавателя английского языка. Вернулся во Францию, где преподавал английский язык в колежах Турнону и Авиньона.

Цитата из книги Малларме Стефан «Стихотворения» (Цитата из книги « Стихотворения» Малларме Стефан) Без страха выйду их встречать.

Его бегу, глаза ослепли, в совести сумбур, Стараюсь сон привлечь, но всё напрасно: Лазурь мне не даёт сбежать: Я жду туман, он холоден, но мне спасенье: Его явленье принесёт собою массу облаков. Природа спрячется под ним, благое провиденье Приспустит с благостью на землю сонмы снов. Летейское безлюдье в дикой скуке процветает, На одиноком бреге - веселящий мох и камыши.

Нет сил на чувство страха и любви: В обители моей камин дымит, пылая жарко, На разум сажа из него немедленно садится, И мысли, словно средь пустых огарков, Спешат принять обличье в разных лицах. Полоска горизонта в тёмном сумрачном дыму Средь излияний утонула в праздности штриха, Слова стихов уходят в тайну, как в тюрьму: Я мучаюсь в приюте идеала, душного греха, Потоки ливня из земных страданий - в благо.

Победу мне лазурь небес несёт, а не капкан, И башни в городе увенчаны всеславьем, налегке Звук меди достигает облаков. Лазури песнь ко мне летит, дрожа от напряженья, И рвётся полусумрак неба и земли от стали слов.

Стефан Малларме"Приветствие" и другое. Цикл.

И музыка текла с невидимых смычков В лазурь дымящихся, туманных лепестков. Ты первый поцелуй узнала в тот счастливый, Благословенный день, -- дурманные приливы Терзали душу мне, пьянея от мечты, Не оставляющей похмельной пустоты Сердцам, что навсегда с ревнивой грустью слиты. Я шел, уставившись в изъеденные плиты Старинной площади, когда передо мной, Смеясь, возникла ты под шляпкою сквозной Из отблесков зари, так в полумраке тонком Я зацелованным, заласканным ребенком Следил, как добрая волшебница, во сне, Снежинки пряных звезд с небес бросает мне.

К помаде больше ты питаешь интереса, Болонкой не прижмешь меня к шелкам тугим, Я не придворная забава и не пьеса, Но, кажется, меня Вы предпочли другим. Завит искусством ювелира Твой локон золотой, твой смех -- трава для клира Овец, отзывчивых на прихоть госпожи.

В году Стефан Малларме издал свою последнюю поэму «Бросок Страх перед проказой и жажда золота — вот та лаконичная.

Итак, сравним две версии"сонета на икс". Вот версия Романа Дубровкина: Над ониксом ногтей, простертых в темноту, Полуночной Тоски качается лампада, Там Феникс разметал сожженную мечту, Но в урне траурной нет пепла звездопада. А в комнате ночной, уставясь в пустоту, Буфета сонного безмолвствует громада: К стигийским берегам ушел хозяин сада. И только у окна, мерцая на свету, Резной единорог терзает наготу Злаченой нимфы вод, и мертвая наяда Летит из зеркала в ночную черноту, Не в силах отвести тускнеющего взгляда От молчаливых звезд, пронзивших высоту.

А вот версия Вадима Алексеева, высмеянная соперником по переводу в первом издании Малларме издательство Радуга , причём без воспроизведения моего текста, за глаза. Роман Дубровкин собрал в Приложении все переводы Малларме, сделанные за полтора столетия, и лишь мои переводы в это Приложение демонстративно не включены. Зато произвучали весьма заносчивые слова в адрес соперника по переводу, что не есть красиво. Бессонницы числом астрального декора Над ониксом ногтей немотствующий фикс, Как феникс, окрыляясь, из пепла явит икс, Но амфора пуста для траурного сбора.

Оглохшей скорлупой мерцает гулкий мникс, Пустой библибилон ликующего вздора, Которым, час настал, Хранитель уговора Исчерпать обречён слезами полный Стикс. На севере, застыв в плену зеркальном взора Над схваткой родовой, где крест вакантный, скоро Узрит единорог её бесплотных никс.

Жером Жан Леон

Биография Биография Французский поэт и писатель, глава символистской школы. Родился в семье Нумы Малларме, служашего Управления по делам собственности. В пятилетнем возрасте потерял мать; воспитывался ее родителями. С учился в религиозном пансионе в Отейе, с — в лицее Санса; пребывание там оказалось для него мучительным. Еще в большей степени стал ощущать одиночество после смерти своей тринадцатилетней сестры Марии в В получил диплом бакалавра.

Поэма С. Малларме в свою очередь была написана в году под впечатлением Их первый страх преодолеть, рукой дрожащей.

Повержено во тьму тревожных очертаний, Крыло зари дрожит в разрушенном фонтане. Повержен пурпуром безжалостных бичей, Рассвет на башню к нам сошел, под свод кумирни Пеплохранительной, где в ладане и смирне Чернеет жертвенник надгробный, -- как жесток Каприз пернатых зорь: Над обветшалой урной Бассейна мертвого ни брызг, ни ряби бурной: В холодном омуте бессмысленного дня Сгоревшей осени дымится головня, Ни лебединых дуг, что в снежном мавзолее Таили темный клюв, белее и круглее Под мраморным крылом, и ни одной звезды, Сверкнувшей гранями над зеркалом воды.

Подручный палача в пурпуровом покрове! Пустой проем окна над пламенным прудом, Там спальня, там зарей испепеленный дом, Там время тусклые трофеи умертвило, Там дремлют панцири резные, там сивилла Сквозь серебристые шпалерные цветы К задумчивым волхвам: Крыло зари дрожит, омытое слезами Тень, отраженная в магическом бальзаме, И уносящийся, о прошлое, к тебе Колдуньин голос мой, готовый к ворожбе, Покуда ладаном раздумий полон воздух, Старинный, как мечта об ароматных звездах, Над бронзой стынущих кадильниц, в тишине Холодной древности, по выцветшей волне Пустого савана, сквозь кружево резное, Восходит облако, сквозящее, сквозное, Чей безнадежный блеск так бледно-бирюзов Какую даль таит запретный этот зов!

О безнадежный блеск истертой филиграни И гулких голосов, глухих от замираний: Великолепствуя в бесславье багреца, Взметнешь ли к небесам просительные гимны, Агонизируя, приют покинешь дымный?

Стихотворения (2)

Тем не менее Стефан Малларме — в свою очередь начинал с романтизма, с увлечения Гюго, поэтами Парнаса, Бодлером и Эдгаром По, ради чтения которого изучил английский язык потом стал преподавателем этого языка. Стихи Малларме в е годы достаточно традиционные, романтические по острому ощущению зла, в царстве которого произрастают цветы нетленной красоты. Первые стихи его были опубликованы в г.

Анатолий Рыбаков роман Страх страница Анатолий Рыбаков «Страх » и нескольких французов-символистов - Артюра Рембо, Малларме.

И музыка текла с невидимых смычков В лазурь дымящихся, туманных лепестков. Я шел, уставившись в изъеденные плиты Старинной площади, когда передо мной, Смеясь, возникла ты под шляпкою сквозной Из отблесков зари, так в полумраке тонком Я зацелованным, заласканным ребенком Следил, как добрая волшебница, во сне, Снежинки пряных звезд с небес бросает мне. Тщетная мольба Глазурной Гебе я завидую, принцесса, На чашке, что к губам прильнула дорогим, Но не дерзнет аббат стать богом в чаще леса И на фарфор к тебе не явится нагим.

К помаде больше ты питаешь интереса, Болонкой не прижмешь меня к шелкам тугим, Я не придворная забава и не пьеса, Но, кажется, меня Вы предпочли другим. Так прикажи, и я на флейте заиграю, На веере любви присяду робко с краю, Стать пастухом твоих улыбок прикажи! Наказанный паяц Пьянеть в озерах глаз, как будто нет давно Шута, что черноту и грязь фонарной сажи Движением руки преображал в плюмажи: Я в парусиновой стене прорвал окно!

Но вот под кулаком запела медь кимвала И наготу мою жемчужную сковала: Внезапный блеск, искрясь, лицо мне опалил. Как мог я не понять полночный ужас кожи! К тугому животу примеривает груди И вскидывает вверх попробуй-ка достань! Газелью наготу к себе прижала грубо, Слонихой на спину упала и лежит, Любуется собой, смеется белозубо Закланнице, чья плоть испуганно дрожит.

А между бедрами, под приоткрытой кожей, Где чаща черная таинственно густа, Светлеет розовый, на перламутр похожий, Ненасытимый зев причудливого рта. От запахов лекарств и жесткого матраца, От неизбежного распятья на стене Осатанел больной, ах, только бы добраться До безучастных штор на розовом окне!

Жизнь вне страха не просто возможна, а абсолютно достижима! Узнай как победить страх, нажми тут!